• Получайте новые задания от "Жирафенка" прямо на почту!Зарегистрируйтесь!
  • Меню сайта

    Слава Ивана Козловского

    Слава Ивана Козловского

    У меня в табеле одни пятерки. Только по чистописанию четверка. Из-за клякс. Я прямо не знаю, что делать! У меня всегда с пера соскакивают кляксы. Я уж макаю в чернила только самый кончик пера, а кляксы все равно соскакивают. Просто чудеса какие-то! Один раз я целую страницу написал чисто-чисто, любо-дорого смотреть — настоящая пятерочная страница. Утром показал ее Раисе Ивановне, а там на самой середине клякса! Откуда она взялась? Вчера ее не было! Может быть, она с какой-нибудь другой страницы просочилась? Не знаю…

    А так у меня одни пятерки. Только по пению тройка. Это вот как получилось. Был у нас урок пения. Сначала мы пели все хором «Во поле березонька стояла». Выходило очень красиво, но Борис Сергеевич все время морщился и кричал:

    — Тяните гласные, друзья, тяните гласные!..

    Тогда мы стали тянуть гласные, но Борис Сергеевич хлопнул в ладоши и сказал:

    — Настоящий кошачий концерт! Давайте-ка займемся с каждым инди-виду-ально.

    Это значит с каждым отдельно.

    И Борис Сергеевич вызвал Мишку.

    Мишка подошел к роялю и что-то такое прошептал Борису Сергеевичу.

    Тогда Борис Сергеевич начал играть, а Мишка тихонечко запел:

    Как на тоненький ледок

    Выпал беленький снежок…

     Ну и смешно же пищал Мишка! Так пищит наш котенок Мурзик. Разве ж так поют! Почти ничего не слышно. Я просто не мог выдержать и рассмеялся.

    Тогда Борис Сергеевич поставил Мишке пятерку и поглядел на меня.

    Он сказал:

    — Ну-ка, хохотун, выходи!

    Я быстро подбежал к роялю.

    — Ну-с, что вы будете исполнять? — вежливо спросил Борис Сергеевич.

    Я сказал:

    — Песня гражданской войны «Веди ж, Буденный, нас смелее в бой».

    Борис Сергеевич тряхнул головой и заиграл, но я его сразу остановил:

    — Играйте, пожалуйста, погромче! — сказал я.

    Борис Сергеевич сказал:

    — Тебя не будет слышно.

    Но я сказал:

    — Будет. Еще как!

    Борис Сергеевич заиграл, а я набрал побольше воздуха да как запою:

    Высоко в небе ясном

    Вьется алый стяг…

     Мне очень нравится эта песня.

    Так и вижу синее-синее небо, жарко, кони стучат копытами, у них красивые лиловые глаза, а в небе вьется алый стяг.

    Тут я даже зажмурился от восторга и закричал что было сил:

    Мы мчимся на конях туда,

    Где виден враг!

    И в битве упоительной…

     Я хорошо пел, наверное, даже было слышно на другой улице:

    Лавиною стремительной! Мы мчимся вперед!.. Ура!..

    Красные всегда побеждают! Отступайте, враги! Даешь!!!

    Я нажал себе кулаками на живот, вышло еще громче, и я чуть не лопнул:

    Мы врезалися в Крым!

    Тут я остановился, потому что я был весь потный и у меня дрожали колени.

    А Борис Сергеевич хоть и играл, но весь как-то склонился к роялю, и у него тоже тряслись плечи…

    Я сказал:

    — Ну как?

    — Чудовищно! — похвалил Борис Сергеевич.

    — Хорошая песня, правда? — спросил я.

    — Хорошая, — сказал Борис Сергеевич и закрыл платком глаза.

    — Только жаль, что вы очень тихо играли, Борис Сергеевич, — сказал я, — можно бы еще погромче.

    — Ладно, я учту, — сказал Борис Сергеевич. — А ты не заметил, что я играл одно, а ты пел немножко по-другому!

    — Нет, — сказал я, — я этого не заметил! Да это и не важно. Просто надо было погромче играть.

    — Ну что ж, — сказал Борис Сергеевич, — раз ты ничего не заметил, поставим тебе пока тройку. За прилежание.

    Как — тройку? Я даже опешил. Как же это может быть? Тройку — это очень мало! Мишка тихо пел и то получил пятерку… Я сказал:

    — Борис Сергеевич, когда я немножко отдохну, я еще громче смогу, вы не думайте. Это я сегодня плохо завтракал. А то я так могу спеть, что тут у всех уши позаложит. Я знаю еще одну песню. Когда я ее дома пою, все соседи прибегают, спрашивают, что случилось.

    — Это какая же? — спросил Борис Сергеевич.

    — Жалостливая, — сказал я и завел:

    Я вас любил…

    Любовь еще, быть может…

    Но Борис Сергеевич поспешно сказал:

    — Ну хорошо, хорошо, все это мы обсудим в следующий раз.

    И тут раздался звонок.

    Мама встретила меня в раздевалке. Когда мы собирались уходить, к нам подошел Борис Сергеевич.

    — Ну, — сказал он, улыбаясь, — возможно, ваш мальчик будет Лобачевским, может быть, Менделеевым. Он может стать Суриковым или Кольцовым, я не удивлюсь, если он станет известен стране, как известен товарищ Николай Мамай или какой-нибудь боксер, но в одном могу заверить вас абсолютно твердо: славы Ивана Козловского он не добьется. Никогда!

    Мама ужасно покраснела и сказала:

    — Ну, это мы еще увидим!

    А когда мы шли домой, я все думал:

    «Неужели Козловский поет громче меня?»


    Если Вам у нас понравилось - поделитесь со своими друзьями в социальных сетях!


    Для тренировки логического мышления рекомендуем Вам поиграть в увлекательную игру "Поймай кота"

    Не забудьте зарегистрироватьсячтобы получать новости и обновления сайта прямо на почту.

    С уважением, Жирафенок!


    Оставить комментарий

    ;-) :| :yes: :x :twisted: :thank_you: :swimming: :surprise: :sun: :study: :snitch: :sms: :smile: :singing: :shock: :secret: :scenic: :say_nothing: :sad: :rose: :roll: :reading: :razz: :raining: :oops: :o :no: :mrgreen: :morning: :lol: :laughting: :kiss: :idea: :idea1: :hello: :happy_birthsday: :grin: :google: :good: :football: :flowers: :exercises: :evil: :cry: :creation: :cool: :control: :arrow: :Thank_You: :???: :?: :!:

    Поиск по сайту
    Связаться с нами

    Ваше имя*

    Электронная почта*

    Тема сообщения

    Текст сообщения:

    Яндекс.Метрика